В марте 2026 года жительница города Костомукша заключила с ООО «К» договор возмездного оказания гостиничных услуг, забронировав номер категории «Люкс» на июнь 2026 года. Общая стоимость проживания составила 294 620 рублей, из которых истец внесла предоплату в размере 88 386 рублей.

В июне 2026 года, в связи с личными обстоятельствами (ограничениями по продаже топлива), истец воспользовалась правом на бесплатную отмену бронирования, предусмотренным условиями договора (отмена не позднее чем за 1 сутки до заезда). Ответчик подтвердил отмену и обязался вернуть предоплату в течение 10 дней. Однако денежные средства были возвращены с задержкой. Истец направила претензии, но ответчик ссылался на форс-мажорные обстоятельства. Только в августе 2026 года, уже после обращения в суд, деньги были возвращены.

В судебном заседании истец отказалась от требования о возврате основной суммы предоплаты, но поддержала требования о взыскании неустойки за нарушение срока возврата, компенсации морального вреда, штрафа и расходов на представителя.

Суд установил, что пункт 5 статьи 28 Закона РФ «О защите прав потребителей», предусматривающий неустойку за нарушение сроков выполнения работ или оказания услуг применяется только в случаях, когда нарушение сроков обусловлено действиями исполнителя (наличием недостатков или срывом сроков по вине исполнителя). В рассматриваемом случае договор был расторгнут по инициативе потребителя по причинам, не зависящим от исполнителя. Исполнитель не отказывался от возврата денег, а лишь задержал возврат.

Суд пришел к выводу, что в данном случае неустойка не подлежит начислению в связи с особенностями обязательства.

Несмотря на отказ в неустойке, суд признал, что права потребителя были нарушены из-за несвоевременного возврата денежных средств. Решением суда с ООО «К» в пользу истца взысканы компенсация морального вреда, штраф и расходы на представителя.

Решение суда не вступило в законную силу.